Пакт, подписанный в 1939 году Молотовым и Риббентропом по всем своим формальным признакам квалифицируется как заговор. В данном случае мы имеем некоторым образом заинтересованную группу могущественных персон, план действия (два абзаца объёмом с этот, которые позволяют целые тома спекуляций и обеспечивают пожизненную карьеру для армии интерпретаторов), мобилизацию ресурсов, вуаль секретности. Следовательно всякие рассуждения о пакте как о причине войны – не иначе как конспирологические рассуждения.
Карл Поппер, влиятельнейший философ науки прошлого века, крупнейший представитель школы «критического рационализма» и автор трудов по социальной и политической философии «Открытое общество и его враги» и «Предположения и опровержения», относился к теориям конспираций крайне скептически, рассматривая их как формы суеверия. Считается, что именно Поппер внедрил в понятие «конспирологическая теория» уничижительные коннотации, которые, прижившись, теперь порождают бездумные универсальные утверждения типа «теории заговоров – это полная фигня» (А. Григорьев, Голос Америки), а диагностический эпитет «конспиролог» часто фигурирует как заключительный аргумент в спорах. Поппер, который скорее склонен был анализировать исторические явления в оптике неперсонифицированных законов развития общества, как видно не безуспешно настаивал на том, что нельзя объяснять социальные процессы (такие как война) в категориях успешных конспираций, в терминах существующих планов, мобилизаций, индивидуумов и групп. С подачи учёного нельзя сказать, что социальные процессы происходят в соответствии с авторским дизайном.
Надо признать, что в каком-то смысле это так. Если взглянуть на содержание вышеупомянутого пакта, и в самом деле нельзя сказать, что результаты заговора соответствуют проекту, что они вообще являются результатами данного конкретного заговора, а не какого либо-другого или вовсе случайных обстоятельств, что эти результаты (Вторая Мировая Война) даны по причине, а не вопреки заговору...
Профессор философии Чарлз Пигден, автор серии статей по теориям конспирации (Conspiracy Theories and the Conventional Wisdom, Popper Revisited or What is Wrong With Conspiracy Theories?) не согласен с Поппером. Нет ничего умственно порочного и интеллектуально предосудительного в том, что кто-то верит в конспирации. И это просто-напросто потому, что мы все – конспирологи с той лишь разницей, что мы верим в разные конспирации. Вопрос здесь не в принципе конспирологического мышления, а в содержании самих конспираций. Следовательно нет ничего странного в том, что А. Григорьев думает, что «теории заговоров – это полная фигня» и одновременно склонен через «кому это выгодно» постулировать существование могущественных заговорщиков и грандиозных планов в истории с исчезнувшим сухогрузом, гружёным опилками.
Интервью Пигдена в радиопередаче PHILOSOPHER’S ZONE (на английском):
pze_20071110.mp3
| [ trackbacks 0 ] | постоянный адрес | релевантный линк
| [ trackbacks 0 ] | постоянный адрес | релевантный линк
Город Нью-Йорк тратит (к вопросу о причинах кризиса) 40 миллионов долларов в год на поддержание 600 головой армии учителей средней школы, которые были выгнаны с работы по обвинению в жестокости по отношению к детям и/или в некомпетенции (о да!). Этих господ содержат в так называемых «резиновых классах», которых насчитывается по городу 6 штук. Каждый день сюда приходят эти самые резиновые учителя и с 8 до 3 – ровно столько длится нормальный учебный день – они присутствуют здесь. Присутствовать – это всё, что от них требуется. За их посещением и поведением следит контролёр из отдела образования и охранник. И если резиновые учителя не нарушают без уважительных причин режима дня и установленных порядков, они получают зарплату – ровно столько, сколько получают их нерезиновые коллеги. Так же как в нерезиновой школе здесь наступают каникулы, которые освобождают резиновых учителей от необходимости являться на резиновые уроки. Резиновая карьера длится от двух до пяти лет. Иногда десятилетия. Затем резиновых педагогов проверяют на профпригодность и персональную адекватность, которая была поставлена под сомнение...
Оценка профессиональных качеств резиновых педагогов – вообще отдельная эпопея. Этот процесс – с привлечением, как положено, юристов со всех сторон, питающихся из городского бюджета (например зарплата арбитра составляет $1400 в день) – длится столько, сколько требуется времени на рассмотрение в суде восьми среднестатистических убийств, а это занимает год. Выяснение компетенции некой Люсьенны М в минувшем году по времени покрыло процесс над О Джей Симпсон, помноженный на два...
http://www.newyorker.com/reporting/2009 ... fact_brill
| [ trackbacks 0 ] | постоянный адрес | релевантный линк
Генри Роллинз, известный в прошлом панк-рокер, фронтовик лютой американской группы Black Flag, а ныне блогер, путешествующий (с периодическими визитами в военные части) по горячим точкам планеты и ведущий ток-шоу на Independent Film Channel, отвечает на вопросы журнала GUERNICA (хороший журнал, кстати, хотя и попсовый слегка).
Герника: Вы утверждали, что наша свобода слова находится в осадном положении, и указывали, что всё это – результат деятельности государственной цензуры и корпоративных СМИ. Как это проявляется в публичных обсуждениях войны?
Генри Роллинз: Правительство – это должностное лицо корпораций и это давно всем известно. Вы можете найти людей, которые в 1930 году говорил об армии как о бригаде тружеников в распоряжении Уолл-стрит и работающих во всех этих странах, куда вторгаются финансы. Я на днях в книге Чалмерса Джонсон наткнулся на цитату старого генерала. Генерал признаётся, что он был всего лишь наемным убийцей в услугу крупных корпораций. Это было сказано восемьдесят, девяносто лет назад. Нет никакой новости в том, что правительство служит охранником у корпораций и при этом называет свою миссию «борьбой за мир» или «распространением демократических ценностей». В этом участвуют СМИ – они для того, чтобы вы не задавали слишком много вопросов, не объединялись с другими людьми с намерением действовать в манере Джефферсона и не саботировавли власть. Вы поднимаете голову: "У меня есть вопрос", а вам в ответ: "Так вы ненавидите Америку?" А это не имеет ничего общего с дискуссией.
Герника: Выпадают нюансы.
Генри Роллинз: Нюансы истираются в порошок. Нюанс – это сущность обсуждения, а эти ребята из СМИ вещают на языке бамперных наклеек...
Patriot Missile - An interview with Henry Rollins
http://www.guernicamag.com/interviews/5 ... missile_1/
| [ trackbacks 0 ] | постоянный адрес | релевантный линк
Видео к последнему синглу Depeche Mode «Peace» с участием в главной роли румынской актриссы Марии Динулеску. Помимо качеств самого хита (Мартин Гор заявил, что, по его мнению, это самая лучшая из всех написанных им песен), любопытны в этой работе визуальные референции к советской системе, о чём свидетельствует униформа возвращающейся как будто с войны солдатки. даже не знаю, что и думать. как будто не придумать более своевременных и актуальных референций. но как бы там ни было – хорошая работа. тем более подозреваю, что это видео о чём-то совершенно другом. например об адоптации к миру, как переживал её вернувшийся из ценностно-исправительного дурдома алекс, герой фильма "clockwork orange."
http://vision.rambler.ru/users/galarecords/1/138/
| [ trackbacks 0 ] | постоянный адрес | релевантный линк
"Ruski Business" - может быть даже и не всецело вымышленная история в авторстве уже изрядно подросшего сына бывшего американского международного корреспондента журнала U.S. News & World Report, отправленного с семьёй по работе в московский офис (и затем арестованного там кгбешниками по обвинению в шпионаже). Калеб Данилофф вспоминает о своём подростковом опыте в Советском Союзе в период с 1981 по 1986.
__________________
Rather than verb conjugation and case declensions, I began honing my maht, the art of Russian swearing. I peppered my sentences with the word blyad, or whore, which conveyed countless meanings, from simple pause filler to indignation to disbelief, depending on intonation and placement within the sentence. I knew I had found something in these boys [...] Over several months, they taught me to blow smoke rings, open bottles with my teeth, spit for distance, and wolf whistle five different ways. Real skills, not book stuff. Performing these small feats transformed me, and, over the next few years, I built on them — stealing money from my parents, selling blue jeans, skipping school, swearing like a drunken sailor — an absentee Soviet machinist in the making.
http://www.guernicamag.com/features/952/ruski_business/
А вот тоже задорная история – своего рода примечание к вышеопубликованному. Может быть не такая эмоциональная и живая, как первая, но тем не менее интересная – рассказ Данилова-старшего, пережившего заключение. Автор пишет: «Время, проведённое в Лефортово было умственным истязанием». Хотя судя по описаниям двух недель в лапах КГБ можно заключить, что в плане риска и мучений холодная война была какой-то детской шалостью по сравнению с происходящей войной с терроризмом. Врагов в строгом смысле слова не было - были соперники. У меня даже складывается впечатление, что автору приходится драматизировать свой опыт в тюрьме. Вот он описывает интерьер кабинета дознания и поведение следователя. Кажется, что это предмет самого сильного переживания заключённого:
"Я сидел на жёстком стуле. Сергадиев – за Т-образном рабочим столом, по форме являющимся нормой для кабинетов московской бюрократии. За спиной у него висел герб, а с боку стояла плевательница. Сергадиев много курил и время от времени наклонялся и сплёвывал в неё."
Ну не знаю. Насколько только мой собственный грустный опыт общения с ними может служить свидетельством, офицеры советской контрразведки конечно были не самыми fine gentlemen в мире, но не настолько жлобы. Хотя, конечно, это мог быть перформанс с целью причинить пациенту заявленные умственные страдания.
А описание сокамерника, которым случайно оказался учёным из закрытого предприятия, тут же в камере решающим важные научные задачи – это конечно здорово.
Nicholas Daniloff's Exclusive Story; Thirteen Days in a KGB Prison
| [ trackbacks 0 ] | постоянный адрес | релевантный линк
Next
Календарь
